На Смоленщине призывники альтернативной службы работают в хосписах

Федеральный закон об альтернативной гражданской службе (АГС) вступил в силу летом 2002 года, но говорить о его активном и всестороннем применении в России пока не приходится. Общее число молодых людей, проходящих в настоящее время альтернативную гражданскую службу в России, не дотягивает до 900 человек, в каждом призыве их насчитывается 350-400. И даже в Смоленской области, на территории которой в свое время как раз и "обкатывался" закон об АГС, сейчас насчитывается всего 24 альтернативщика. Все они выбрали ее, поскольку военная служба противоречит их вероисповеданию (в их числе есть мусульмане, баптисты, свидетели Иеговы). Пацифистов в числе альтернативщиков нет, и связано это, главным образом, с тем, что доказать военно-призывной комиссии наличие соответствующих убеждений невероятно трудно.

Сотрудники департамента Смоленской области по социальному развитию, в ведении которых находятся альтернативщики, признают: закон об АГС принят давно, но молодые люди по-прежнему практически не знают, каким образом им можно воспользоваться. Главная тонкость: заявить о нежелании брать в руки оружие нужно не тогда, когда тебе пришла повестка, а на полгода раньше: до 1 апреля, если предстоит попасть в осенний призыв, и до 1 октября, если отправляться на военную службу придется весной. Конечно, заявление требует мотивации. Религиозные организации вполне освоили этот механизм и успешно помогают своим единоверцам, а вот у пацифистов практически ничего не получается.

- Фактически предполагается, что у молодого человека уже к 17 годам сформировались определенные убеждения, - говорит начальник профильного отдела департамента по социальному развитию Андрей Беляков. - Подтвердить их можно, например, официально зафиксированным участием в каких-то маршах мира или других пацифистских акциях, вполне приемлемо, если наличие убеждений подтвердит третья сторона - преподаватель, участковый. В общем, готовиться к альтернативной службе нужно заранее! Нередки случаи, когда призывник заявляет о пацифистских убеждениях, а сотрудники правоохранительных органов, которые обязательно входят в состав военно-призывных комиссий, находят в своих архивах информацию о его приводах в милицию за драку или хулиганство. Тут, конечно, ничего не получается…

Закон об АГС несовершенен. Вот, например, в Смоленске проходили альтернативную службу два молодых человека из Сибири. Однажды они решили, что тяготы и невзгоды, связанные с обслуживанием пациентов геронтологического центра, чрезмерны, и просто уехали - наверно, домой. Вернуть их обратно и принудить к службе невозможно: у департамента просто нет таких полномочий, облвоенкомат не несет за альтернативщиков из другого региона никакой ответственности, правоохранительные органы ссылаются на отсутствие факта преступления… и так далее. В общем, дезертирам за это ничего не было, а их опытом теперь вполне могут воспользоваться и другие альтернативщики. Военная служба или альтернативная, но она все-таки должна налагать на молодого человека определенные обязательства и ограничения, за нарушения которых необходимо нести ответственность. Сейчас в случае с АГС этого нет.

Нужны ли альтернативщики системе соцзащиты? Смоленские чиновники дают на этот вопрос однозначно утвердительный ответ и уверены в том, что с помощью АГС можно бы решить самую больную для социальных учреждений кадровую проблему. Никто не хочет работать санитаром в доме-интернате, геронтологическом центре или хосписе. Это очень тяжелая в физическом и психологическом смысле и при этом низкооплачиваемая работа, она не дает никаких дополнительных льгот и гарантий. Альтернативщики, конечно, не идеальный вариант, но с их помощью вполне можно спасти ситуацию, сложившуюся в этой сфере. Почему же тогда их всего 24 на всю Смоленскую область? Основной проблемой является жилье - многие социальные учреждения просто не в состоянии создать альтернативщикам нужные условия, а снимать в Смоленске комнату на "минималку", которую они получают за свою службу, невозможно.

- Если дать альтернативщикам возможность служить в родном регионе, мы сумели бы обеспечить кадрами наши социальные учреждения, - говорит Андрей Беляков. - Сейчас ведь случаются настоящие драмы: вот приехал служить в Смоленск молодой человек из Приморского края, а через месяц к нему жена приехала - не может без него. Ну, вот как их вдвоем устроить? И отправить ее обратно невозможно - у нее денег нет. А так было бы удобно: отработал восемь часов - пошел домой. Привычная жизнь, привычный круг общения, и убегать никуда не нужно…

Стоит отметить, что в этом случае власти Смоленской области были бы заинтересованы в альтернативщиках и постарались бы обеспечить допризывников всей необходимой информацией на этот счет. В конце концов, как-то решать кадровую проблему социальных учреждений нужно! Существенно повысить зарплату младшему медперсоналу явно не удастся, и альтернативщики - не самый плохой выход из положения.

В Кардымовском доме-интернате для престарелых граждан и инвалидов работают с альтернативщиками давно, было время, когда здесь проходили АГС до десяти ребят. Сейчас - четверо, все оформлены санитарами, и директор интерната Анатолий Горшков считает, что ему больше не нужно. Один вместе с женой снимает комнату в поселке, трое обитают на территории дома-интерната, где для них оборудовано отдельное помещение с кухней и душевой комнатой. Серьезных претензий к ним у директора нет - дело, по его словам, приходится иметь, по существу, с мальчишками, у которых ветер в голове. За ними нужен глаз, нужно следить, что и как они делают, воспитывать, помогать словом и делом. Питаются они самостоятельно: покупают себе еду на минимальную зарплату, готовят сами. Сотрудники дома-интерната их подкармливают и помогают со стиркой.

Артур Капитанов работает в доме-интернате с мая, срок службы - год и десять месяцев. Он из Починковского района Смоленской области, так что находится недалеко от дома, и родители имеют возможность ему помогать. Отправляясь в Кардымовский дом-интернат, он расспрашивал тех, кто уже прошел АГС, о том, что приходится делать, и в каких условиях жить, но действительность, конечно, оказалась иной.

- Первое время мне здесь было очень тяжело, - рассказывает Артур. - Я, в принципе, не хочу заниматься такой работой, не хочу работать санитаром, и люди, которые здесь работают, это понимают. Какую-то мою работу они берут на себя, а я делаю что-то за них. Но вообще не жалею, что пошел на альтернативную службу, потому что вижу, что она многому может научить, и этот опыт мне рано или поздно пригодится. К тому же я служу недалеко от дома, я знаю эти места, могу съездить домой на выходные, и мне от этого как-то комфортнее. Мы имеем возможность выходить за территорию дома-интерната, и вообще особенных ограничений в свободное время нет.

Алексей Глотов, который служит вместе с Артуром (на фото), приехал из Алексина Тульской области, успев закончить первый курс университета. Связь с родными он держит по скайпу - привез из дома компьютер и выходит в интернет через gprs-модем.

- Было время, когда моих единоверцев за отказ от военной службы расстреливали, и сейчас во многих странах за веру, которая не позволяет брать в руки оружие, сажают в тюрьму, - говорит он. - Поэтому я был готов практически на любые условия, потому что это все равно лучше тюрьмы. Конечно, к этой работе нужно привыкнуть. Я сам по природе человек брезгливый, так что приходилось очень трудно. Нужно себя настроить…

И один, и второй выглядят достаточно ухоженными, общительны и совсем не кажутся замученными. Однако короткая прогулка по корпусам дома-интерната, где сейчас находится полторы сотни стариков разной степени подвижности, требующих круглосуточного ухода, доказала, что альтернативная гражданская служба при всех ее достоинствах вряд ли может показаться кому-то медом. На нее действительно нужно настроиться, и не позже чем за полгода до призыва.