«Несокрушимый», или Баба в танке

25 октября на российский экран вышла военно-историческая драма Константина Максимова «Несокрушимый». Фильм основан на реальных событиях, происходивших во время Великой Отечественной войны.

Тема танков бесспорный тренд в современном российском кинематографе. Про танки сегодня не снимает, пожалуй, только ленивый. Эта героическая тематика впервые нашла серьезное отражение в военной драме Карена Шахназарова, снятой по мотивам романа Ильи Бояшова «Танкист, или «Белый тигр» в 2012 году. К сожалению, картина «Белый тигр» не вызвала понимания у зрителей. Более того: на Шахназарова, создавшего потрясающий по силе воздействия глубоко философский фильм, выстроенный на антитезе, противопоставившей восставшего из пепла безымянного героя, советского Человека и бездушную стальную махину Фашизма, обрушилась волна разгромной критики.

Дескать, неужели маститый режиссер не нашел в себе творческих сил отразить на экране подвиг народа, выразившийся, например, в сражении под Прохоровкой 12 июля 1943 года, и вместо этого ударился в мистификацию и никому не нужный символизм? Режиссера обвинили в крамольной попытке «обелить» нацизм, нашедший воплощение в призрачном дьявольском порождении войны, окрашенном в белый цвет, якобы олицетворяющем несломленный немецкий дух. Абсурд! Главная идея фильма, прозвучавшая в словах загадочного одиночки Ивана Найденова (Алексей Вертков), вступившего в смертельное противоборство с мистической машиной смерти, «если я не сожгу этот танк, война никогда не закончится», осталась за кадром.

По всей видимости, неприятие критики вызвала очевидность библейской аналогии. Что Шахназаров всего лишь в образной форме высказал главное это русский народ принес себя в жертву. Воскрес из мертвых, как Иисус Христос, ради жизни на Земле, как ни пафосно это звучит. И война действительно еще не закончена. «Белый тигр» не сожжен, фашизм и сегодня живее всех живых. Именно об этом и говорил Карен Шахназаров в преддверии событий на Украине: «Война идет и продолжает идти и никаких намеков, что она прекратится. Она и сейчас идет, сию секунду. Она везде. Нацизм имеет глубокие корни. Он никуда не исчез. Он может дремать, но может возродиться в любой момент. И в этом его опасность. А для нас опасно не понимать это»

Следом за «Белым тигром» в прокат выкатился блокбастер Дэвида Эйра «Ярость» с Брэдом Питтом в главной роли. Положа руку на сердце, писать об этой добротной голливудской поделке не имело смысла, если бы не ключевое «коммюнике», озвученное командира экипажа танка «Sherman». Бравый вояка, «пес войны» Уордэдди (Брэд Питт), сжигавший немецкие танки в Африке, со скорбными нотками в голосе делает потрясающее заявление: «Немцы начали эту войну, наша святая обязанность ее закончить!» Неплохая заявка с экрана кинотеатров страны, потерявшей в Великой Отечественной войне 27 миллионов и поставившей точку в финале чудовищной драмы, изменившей мир, не так ли? «Ярость» - мощный вызов России, это была уже не попытка переписать летопись Второй мировой, а сама констатация факта. Причем констатация, выполненная по иделогически - выверенным стандартам Голливуда со слезливой фабулой в духе «Спасти рядового Райана.

Российские кинематографисты приняли брошенный им вызов. В 2018 году на экранах начали мельтешить «боевые звенья танков». Именно мельтешить иначе не скажешь. Первой бронированной ласточкой года явился разухабистый инфернальный трэш Кима Дружинина «Танки», снятый в стилистике «Неуловимых мстителей», который имел мало общего с реальной историей создания легендарного «Т-34». Эта зрелищная и динамичная пустышка (единственное достоинство приключенческой ленты) изобиловала дикой смесью из гонок на танках, засад и перестрелок. Маразматических сцен, неприятно удививших даже непритязательных, всеядных зрителей, в фильме хоть отбавляй! Апофеозом непередаваемого словами абсурда стала некая таинственная группа боевых мотоциклистов во главе с арийской бестией с автогеном, которая на полном ходу прожигает в броне пилотного образца дыру, дабы отравить отважных участников беспрецедентного танкопробега ядовитым газом

«Это очень правильное кино», - отозвался Владимир Мединский о фильме, в титрах которого значится и он сам. Кстати, жюри XI Всероссийского фестиваля актеров-режиссеров «Золотой Феникс» также высоко оценило работу Кима Дружинина, удостоив «Танки» призом имени Бориса Васильева «за оригинальное освоение военной темы».

Пожалуй, если и был, помимо действительно оригинального экшн-динамизма, еще один немаловажный плюс у опереточных «Танчиков» - «Танков», так это мейнстрим - популяризация памяти о талантливом и самоотверженном конструкторе Михаиле Ильиче Кошкине, создателе «Т-34» чье имя не мытьем, так катаньем запомнилось современным юзерам гаджетов.

Страна должна знать своих героев! Бронетанковую эстафету принял режиссер Константин Максимов. В основу его фильма «Несокрушимый» легла реальная история подвига экипажа танка «КВ-1» и его командира Героя Советского Союза лейтенанта Семена Коновалова. Приняв неравный бой в 1942 году, Коновалов сумел уничтожить 16 (!) танков противника, две бронемашины и восемь автомашин с живой силой в районе хутора Нижнемитякин Тарасовского района Ростовской области. Подвиг, достойный легенды. К сожалению, нашедшая воплощение в фильме история, утратив правду в пользу выдумки, стала легендой. Остальные персонажи картины Максимова вымышленные, и именно авторский вымысел нивелировал героизм настоящего, из плоти и крови, Семена Коновалова.

«Несокрушимый» разочаровал до слез и боли в сердце шаблонной стандартностью, беспомощной режиссурой, скучным сценарием и невыдающейся операторской работой. На эмоциональный прорыв могла претендовать трагическая завязка военной драмы. На этом все! Выдохнули и задохнулись от скуки.

Фильм Максимова представляет собой синтез невыдающегося советского кино о войне, который снимали пачками в 70-80-х годах, и голливудского боевика средней руки. Сцены, снятые в танке, будто копируют аналогичные эпизоды блокбастера «Ярость». Но, увы, без присущего работе Дэвида Эйра психологизма и внутреннего надрыва. Диалоги театрально - картонные, ломают иллюзию реальности, вырывают из контекста драматических событий. Впрочем, как и посредственная, лишенная болевого нерва, игра актеров. Твердокаменный, совершенно не эмоциональный Андрей Чернышов (Семен Коновалов) на протяжении 90 минут хронометража картины бездарно изображает несокрушимого «каменного гостя», закованного в панцирь «КВ-1».

Его не вырвать из этой брони даже в моменты боя! Спокоен и невозмутим, ни один мускул на лице не дрогнет. В глазах безразличие к происходящему. Не думаю, что человек, находящийся на грани жизни и смерти, под угрозой в любую секунду превратиться в пылающий факел, в сожженную черную головешку, способен на подобную отрешенность. Иллюзия истины моментально рассеивается, и ты понимаешь, что перед тобой не танкист, а прикинувшийся танкистом вполне благополучный, любящий комфорт человек, который, возможно, примет душ после съемок Нереалистично, ненатурально. Искусственно, в отличие от игры того же Василия Седых непосредственного толстяка Богдана Шенкевича, или Владимира Епифанцева наводчика и балагура Сиитова.

Отдельное внимание хочется уделить творческим изысканиям продюсера картины, актрисы Ольги Погодиной (инженер технолог Павла Коновалова). Ее вымышленный персонаж абсолютно выморочный, сопоставимый лишь со вставным зубом в «челюсти» военной драмы. Посыл необходимости кинопротеза понятен и предельно «прозрачен»: продюсер фильма царь и бог, при желании и наличии актерского мастерства может перевоплотиться на съемках в кого угодно. Заботливая супруга главного героя, залезшая в танк и оказавшаяся непосредственно в самом эпицентре событий не исключение.

Зачем понадобилась женщина на экране? Вопрос, имеющий под собой исключительно коммерческую подоплеку. Военная драма моментально приобретает характер типичного семейного фильма, способного выжать слезу у слабого пола. Следовательно, зрительская аудитория расширяется на киносеанс можно пригласить и жену, и любимую девушку, которая от избытка сантиментов и внезапно нахлынувших чувств уже держит наготове платочек.

Но как быть со скептически настроенным зрителем, который с недоумением взирает на странные пляски за, простите, банальное обладание самкой несокрушимого Коновалова и его антипода (Сергей Горобченко)? Ответа на этот вопрос нет, однако столь неуместное появление женщины на экране охлаждает высокий градус драматизма и, если не опошляет, то неизменно принижает солдатский героизм и низводит саму идею фильма до уровня альковной развлекательной интрижки с «бабой в танке».

Нет, нельзя сказать, что «Несокрушимый» настолько уж плох. Сцены боя, вырывающиеся из рутинной починки танков, растянутой до абсолюта, впечатляют. Но не на столько, чтобы ощутить в финале катарсис и гордость «за наших». Ее, увы, не испытываешь даже в кульминационный момент, когда командир вражеского экипажа с досадой бросает фразу: «Говорили, что русские воевать не умеют».

Умели. Умеют. Одна беда шедевры снимать разучились. В лучшем случае способны снять «Сталинград» в контексте «Они сражались за женщину», но уж никак «не за Родину», как когда-то снимал Федор Бондарчук старший. Именно поэтому, покинув зал, зритель не испытает желания пересмотреть картину, переосмыслить ее и обсудить.

«Несокрушимый», представленный компанией «XX век. Фокс», стартовал не только в России, но и в Японии, Корее, Германии и в франкофонных странах. Кассовые сборы ленте обеспечены. Но вряд ли она способна впечатлить западного зрителя патетикой героизма и духоподъемностью той же «Ярости» Дэвида Эйра - жестокой, правдивой и патологически откровенной. Способной вышибить искреннюю слезу. Ведь после финального сражения подбитого фашистами танка «Sherman» под командованием Уордэдди (Брэд Питт), его желторотый стрелок Норманн, познавший в боях любовь и ярость, в финале будет спасен

«Несокрушимый» - стабильный, серенький «середнячок» из числа многих. Впрочем, у отечественных кинематографистов есть шанс реабилитироваться и показать кино, достойное мирового уровня. 27 декабря в прокат выходит драма Алексея Сидорова «Т 34».

В строку«Мы снимали фильм под Можайском, а там проходили очень тяжелые бои, - говорит режиссер «Несокрушимого» Константин Максимов. - Как-то раз я ехал через поля на встречу, и вдруг увидел в поле золотой обелиск. Остановил машину Оказывается, рядом с памятником находится деревня, в которой во время войны погибло много людей. Начал читать имена и фамилии на обелиске. Первое имя в списке начиналось на букву «А» - Акимов. Первый человек, который в сценарии у меня гибнет - это Акимов. Читаю дальше, следующая фамилия - Дроздов. Второй человек, который погибает по сценарию - Дроздов. Интересно то, что имена главных героев в «Несокрушимом» сохранены с исторической верностью, а имена второстепенных персонажей, экипажей, танков, других взводов - вымышленные. По крайней мере, я так думал, пока не нашел этот памятник. И я задумался. Вот мы Казалось бы, сценарий. У персонажей вымышленные имена. А ведь эти ребята, настоящие, - Акимов и Дроздов, - они лежат где-то здесь, в этих полях, где мы снимаем кино. После этого я по-другому начал воспринимать сценарий и съемочный процесс. Осознал, ради чего мы это делаем».