«Добрый хранцуз», или Как Луи Пастер спас смоленских крестьян от бешенства

134 года назад в один и тот же день в сотнях километров друг от друга произошли два события.

17 февраля 1886 года в Париже микробиолог Луи Пастер на заседании Французской академии сделал доклад об открытии им вакцины против бешенства.

Тогда же в уездном городке Белый Смоленской губернии и окрестных деревнях забежавший из леса бешеный волк искусал 19 человек. Большинство из них были крестьянами. Среди пострадавших оказались также священник, двое пожарных и владелец винной лавки.

По тем временам это было равносильно смертному приговору. Единственный способ борьбы с бешенством заключался в специальных заговорах и выжигании мест укусов каленым железом. А потом надо было ждать, что будет.

К счастью, в Белом жил образованный земский деятель Петр Грабленов, интересовавшийся последними достижениями науки и читавший про опыты Пастера. Он отбил в Париж телеграмму. Как сообщал журнал «Русский медицинский вестник», ее текст звучал так: «20 человек укушены бешеным волком. Можно ли их прислать к вам?»

Ученый в тот момент сам находился не в лучшей ситуации. Из трех укушенных бешеными собаками подростков, которых он лечил по своему методу, два мальчика выжили, а девочка скончалась.

Причина состояла в том, что ее доставили к Пастеру слишком поздно - спустя 37 дней. Тем не менее изобретателя вакцины начали обзывать «шарлатаном» и «отравителем». Особенно усердствовали дипломированные медики, поскольку Пастер был по образованию не врачом, а химиком. Очередной провал мог привести его в тюрьму.

Однако французский ученый, понимая, что речь идет о жизни и смерти людей, ответил Грабленову в тот же день: «Присылайте немедленно».

Правда, заседание городской думы, выделившей для них 16 тысяч рублей, состоялось только на третий день после несчастья, остальные 300 рублей собрали по подписке. И еще двое суток пострадавшие ждали, когда их отправят в Париж в сопровождении врача...

1 марта Пастер приступил к вакцинации. Ему помогали российские ученики: будущий академик Николай Гамалея и студентка Софья Каплан.

Из 19 пациентов 16 выжили и ровно через месяц отправились домой.

История, как сказали бы в наши дни, получила большой резонанс. Французы сочувственно следили за судьбой les mouzhiks russes. Жившие в Париже соотечественники показали им город. Когда крестьяне сказали, что скучают по ржаному хлебу и соленым огурцам, - их раздобыли!

Корреспондент петербургского «Нового времени» Иван Яковлев описывал, как на бульваре Сен-Мишель увидел окруженного любопытными «оторопелого мужичка в полушубке и картузе»:

- Хорошо Пастер вас лечит? - спросил у него журналист.

- Хорошо, барин. Вот ведь хранцуз, а какой добрый, дай Бог ему здоровья!

Массовое излечение русских крестьян заставило скептиков замолчать. Именно с него начались всемирное признание Луи Пастера и история прививок, без которых невозможно представить современную медицину.

В первый же год к Пастеру обратились 2682 человека со всех пяти континентов.

Французы, устыдившись недавнего недоверия и поношения, за считанные недели собрали на строительство и оборудование Института Пастера 2,5 млн франков. 100 тысяч из них внес русский царь, наградивший исследователя за спасение подданных орденом Святой Анны. 14 ноября 1888 года президент Республики Сади Карно открыл здание, в котором институт работает доныне.