В Смоленске существует три казачьих хутора: Донской, Атаманский и Георгиевский

Поиграем в ассоциации? Загадываю слово «казак». А теперь первое, что приходит на ум? Тарас Бульба, лошади, шашки, нагайки, Украина, Дон, степь, шаровары, сабля, есаул, атаман... Стоп. Слова «Смоленск» здесь, кажется, нет. Так откуда эти удалые хлопцы на улицах нашего холмистого города? Казалось бы, два таких же далёких друг от друга понятия, как «викинг» и «Япония».

– На самом деле казаки в этих местах обитают уже очень давно, – объясняет заместитель атамана Смоленского отдела Центрального казачьего войска есаул Александр АНТОНОВ. – Просто не все смоляне хорошо знают свою историю.

А ведь ещё в 1609–1611 годах донские сотни участвовали в обороне города от польских войск, и в 1654 году при освобождении Смоленска на стороне русского царя бились казаки. Некоторые остались здесь жить, ассимилировались. Да и важное стратегическое положение Смоленска требовало постоянной обороны. Первые поселения казаков, которые несли охранную службу, назывались Донщиной. Одна из башен крепости именуется Донец, о донских казаках напоминает и церковь Тихона Задонского. Отдельная Донская улица была уничтожена в 1812 году. Потом казаки переселились на правый берег Днепра, и до революции нынешние Профинтерновские улицы назывались Верхне-, Средне- и Нижнедонскими, а сам район по старой памяти – Донщиной. В войне 1812 года войска атамана Платова сыграли немаловажную роль, задержав Наполеона и дав возможность двум русским армиям соединиться. Казачьи «следы» видны во многих названиях смоленских сел и деревень: Казаки, Казаковка, Казаково.

А потом начались революции. По статистике, из каждых ста казачьих семей выживали лишь четыре.

– Историю пишут победители, – с горечью говорит Александр Антонов. – Да, во время восстаний казаки несли службу, они присягали на верность государю, а потому подавляли бунты. Было несколько волн репрессий. Мой дед, потомственный казак, рассказывал о раскулачивании. Говорить о казачестве тогда было небезопасно. Но я до сих пор помню, как совсем ещё мальчишкой брал в руки отцовскую шашку. Тяжёлая! Бывало, не удерживал. Теперь у меня другая, своя.

Из мест традиционного обитания пораскидало казаков по всей стране. Кто-то выжил и из смоленских. Потомки выселенных казаков начали объединяться для восстановления традиций. В 1990 году делегатами учредительного круга казаков было принято решение об образовании союза. С тех пор о них вновь заговорили.

Как по-казацки «женщина» и «круг»?

И всё же на дворе совсем другая эпоха. Как-то сложно себе представить на улице города казака на лошади, с айфоном в руках.

– Отношение к лошадям у нас было и остаётся особенным, – объясняет заместитель смоленского атамана. – Стараемся возродить традицию, учим детей; и, кстати, конное патрулирование во многих городах до сих пор актуально. Там, где пройдёт лошадь, не всякая машина проедет. А казачество – это прежде всего дух. Мы все работаем кто где. Но при этом и государственную службу несём. И традиции, обычаи храним.

Конечно, многое модифицировалось. Например, раньше на круг не допускались женщины. За вдову, например, если у неё была просьба, брал слово родственник, либо знакомый казак, или сам атаман. А что делать теперь? Ведь эмансипация привела к тому, что половина чиновников – женщины. И их присутствие может быть необходимо для решения каких-то вопросов. А тем более человек, не знающий традиций, ещё и обидится, если ему откажут в посещении.

Или вот были в куренях (казацком жилье) мужская и женская половины. Но разве сейчас возможно квартиру на две части разделить? Многие бытовые условия сохранить не представляется возможным. Но осталось другое – неизменное уважение к старшим и женщинам, почитание женой мужа, воспитание детей в правильном, здоровом духе. Вряд ли вы встретите казака, у которого растет сын-эмо. Воспитанию казачат, кстати, уделяется большое внимание.

– У нас есть военно-патриотический детско-юношеский клуб «Пластун», – говорит Антонов. – Пластун – пеший казак, часто так называют разведчиков. Ребята занимаются спортом, ходят в походы, в общем, сами себе не предоставлены, к здоровому образу жизни приучены. Кстати, в Смоленске планируется создать и специальный казачий класс на базе кадетского корпуса.

Начинающих посылают на хутор

Сами о себе они говорят: «Казаком нужно родиться. Казаком нужно стать. Казаком нужно быть». И всё же по крови их осталось мало. Первый пункт пропускаем. Так как же стать казаком?

Но сначала небольшой ликбез. Что такое «хутор» в нашем понимании? Нет, песню Ротару не напевать и «Вечера…» Гоголя не вспоминать. А вот и не угадали! Не деревня это, а… первичная организация. Куда и направляются желающие стать казаками.

– Хутор подлежит регистрации в Министерстве юстиции РФ. Сюда записывается численность казаков, готовых нести государственную службу и вступить в реестр казачьих войск. Чтобы образовался хутор, нужно, чтобы в списке было не меньше тридцати человек, – поясняет собеседник. – Сейчас в Смоленске (если брать только город) существует три хутора: Донской, Атаманский и Георгиевский. Планируется создать ещё один. А объединяет их отдел. У нас – Смоленский отдел Центрального казачьего войска. Существуют и общественные организации, в нашем случае – смоленская станица. Ведь не все могут нести государственную службу – например, пенсионеры. А казаками они от этого быть не перестают.

Итак, новобранец обращается в хутор. Требования на первой стадии минимальны. Претендент должен быть русским и православным. Последнее неразрывно связано с казачеством на протяжении многих веков. Настоящий казак не может быть атеистом. Конечно, у казаков отношение к службе в армии особое. Но этот показатель отнюдь не самый главный.

– Я вхожу в состав призывной комиссии, – говорит Александр Антонов. – И порой вижу, что есть ребята, которые очень хотят служить, но по определённым критериям они не подходят для призыва. Главное – желание.

Хутор решает, стоит ли давать шанс желающему. Если ответ положительный – будущему казаку предстоит выдержать испытательный срок. За это время он изучает традиции и обычаи, ему дают несколько поручений. Потом – своеобразный экзамен, на котором, кстати, могут проверить знания не только кодекса чести, но и молитв. И вот наступает главный момент – верстание. Для обывателей это что-то вроде обряда посвящения. Новобранец даёт присягу казака, ему вручают шашку и верстальную грамоту. Теперь он смело может именоваться казаком. Он приписан к определённому хутору – с правом носить форму с погонами по чину и принимать участие в круге. А кроме того, нести казачью службу. Например, принимать участие в охране правопорядка во время светских массовых мероприятий и церковных праздников.

– Сейчас пытаются и женщин верстать, – вздыхает есаул. – Но вообще у казачки есть два определения: по роду и по мужу. Третьего не дано. Традиции...

Марина СОКОЛОВА