Администрация Смоленской области и ФОМС не хотят лечить онкобольных?

Ученые во всем мире бьют тревогу – после болезней сердца, сосудов и диабета онкологические заболевания стали сегодня одной из главных причин смерти людей в большинстве стран мира. В России от рака страдают примерно три миллиона человек, и за минувшие 10 лет число таких людей, по статистике Минздрава, выросло на 18%. Каждый год рак обнаруживают у примерно 500 тысяч россиян. Рост числа жертв рака, как отмечают ученые, должен побуждать чиновников медицинских ведомств всех стран мира активнее бороться с этой проблемой, серьезность которой будет только нарастать, говорится в статье, опубликованной в международном специализированном журнале JAMA Oncology.

Но, судя по всему, чиновников администрации Смоленской области эти выводы и рекомендации ученых-онкологов мало интересуют.

В конце ноября по распоряжению губернатора Алексея Островского был уволен профессиональный специалист, главный врач Смоленского областного онкологического клинического диспансера, который ранее занимал должность главного врача Центрального НИ рентгенорадиологического института в Санкт-Петербурге (ЦНИРРИ). Мы встретились с ним, чтобы узнать реальные причины его увольнения.

Вот что рассказал нашей редакции кандидат медицинских наук, Отличник здравоохранения, бывший главный врач Смоленского областного онкологического клинического диспансера Сергей ГУЛО:

– Смоленский областной онкологический клинический диспансер я возглавлял с лета 2010 года, то есть более шесть лет. И вот теперь распоряжением губернатора Островского от 24 ноября я был уволен с должности главного врача. Этому предшествовала беспрецедентная попытка дискредитации меня, как руководителя.

Произошло это из-за моего принципиального отношения к важным вопросам финансирования онкодиспансера, а, значит, и к здоровью онкологических больных в нашей области. Также сыграло свою роль и то, что нынешний руководитель областного департамента здравоохранения Степченков В.И. никогда не давал клятву Гиппократа, т.е. у него нет медицинского образования, и к медицине он имеет весьма отдаленное отношение. Он бизнесмен, а не врач. И именно этим во многом определяются его подходы к решению различных проблем в смоленской медицине.

Поэтому я и решил вынести проблемные вопросы на суд общественности, а не скрывать, как это делает администрация Смоленской области и руководство департамента по здравоохранению.

В настоящее время в нашем регионе насчитывается более 22 тысяч пациентов с онкологическими заболеваниями. С учетом их близкого окружения в процесс лечения вовлечено гораздо большее количество граждан. Поэтому сразу скажу, чтобы успокоить онкологических больных и всех заинтересованных людей – запасов лекарственных препаратов и изделий медицинского назначения достаточно для проведения лечения без его прерывания. В диспансере работают высокопрофессиональные врачи и классные специалисты. Огромное им спасибо за жертвенность, терпение и трудолюбие.

К тому же с 2013 года онкодиспансер работает по международным стандартам оказания медицинской помощи, которые приняты во всех странах мира. Это проверенные стандарты лечения, приводящие к максимально положительным результатам. Поэтому все виды лечения в онкодиспансере соответствуют мировым стандартам. Понятно, что онкологические заболевания трудноизлечимы, но сотрудники диспансера, в рамках существующего финансирования, делают все возможное, и зачастую даже больше.

Итак, проблемы заключаются в следующем. В 2013 году на онкодиспансер легли большие финансовые обременения: смоленские чиновники обязали диспансер приобретать за свои средства ряд лекарств федеральной и региональной льготы, которые ранее закупались областным департаментом по здравоохранению и обеспечивались по льготным рецептам. Сумма от закупки этих препаратов составила на 2013 год около 74 млн. рублей.

Однако по независящим от диспансера причинам – из-за департамента Смоленской области по здравоохранению и территориального отделения ФОМС – сложилась первая задолженность перед диспансером в 13 млн. рублей. То есть задание было получено, аукционы проведены, пациенты были пролечены, но денег в полном объеме от ФОМСа мы не получили.

При этом, как я уже говорил, диспансер работает по стандартам лечения, нарушать их нельзя. Медицинский стандарт определяет и регламентирует необходимые пациенту формы и методы лечения, объем исследования, а также лекарственные препараты, их объем и схемы применения.

Стандарт предполагает конкретное денежное содержание, которое ежегодно увеличивается по разным причинам – из-за увеличения количества онкологических пациентов и продолжительности лечения. Поэтому, например, в 2014 году средств требовалось больше, чем в 2010-2013 годах. И это еще одна причина финансовых проблем диспансера.

Ведь для соблюдения стандарта в полном объеме необходимо постоянное увеличение денежных средств. В 2015 году объем необходимых диспансеру денежных средств вырос до 300 млн. руб. в год – это нормальная цифра для лечения онкологических пациентов региона. Из-за низкого тарифа и многих других факторов, связанных с отказом в финансировании, с 2013 года до конца 2015 года долг перед онкологическим диспансером составил 56 млн. рублей. Эти деньги нам должны были выплатить областной департамент по здравоохранению и территориальный ФОМС. Но самое странное здесь в том, что за три месяца (январь-март) 2016 года долг вырос еще на 60 млн. рублей.

Из-за этого несколько лет мы постоянно ощущали крайнюю нехватку денежных средств. Ведь территориальный ФОМС, имея возможности и полномочия, финансировал нас из рук вон плохо. Выплаты по линии ОМС были в 3-5 раз меньше, чем нам полагалось получать по закону за пролеченного пациента. Например, если лечение пациента препаратом "Герцептин" стоило 70 тысяч рублей, то мы за него по линии ОМС получали в три раза меньше! Более того, смоленский ФОМС настаивал на увеличении койко-дней, то есть фактически призывал нас создавать искусственную очередь среди пациентов. Мы, естественно, этого допустить не могли. Ведь речь идет о своевременном оказании помощи пациентам. В других регионах ничего подобного нет.

В конечном итоге получилось, что с 2013 года по апрель 2016 года департамент Смоленской области по здравоохранению и территориальное отделение ФОМС задолжали Смоленскому онкологическому клиническому диспансеру 120 млн. руб., в том числе: из средств ОМС – 104,3 млн. руб., а из средств областного бюджета – 15,8 млн. рублей. То есть эти деньги за три года не выплачены диспансеру за пролеченных больных.

Кроме того, с конца 2012 года до настоящего времени диспансер не получил возмещения средств за пролеченных больных по разделу "радиология". Не выделялись средства на техническое обслуживание аппарата с радиактивным источником.

Однако в условиях спровоцированного недофинансирования работники диспансера исполняли свои служебные обязанности по защите прав онкологических пациентов. Ведь понятно, что врачи не имеют права не оказывать помощь больным.

Естественно, я стал «бить во все колокола», так как речь шла об ухудшении финансирования онкологической службы региона, что могло сказаться на качестве лечения пациентов, больных смертельно опасным заболеванием. Все эти годы диспансер жил в долг, а заложниками этой ситуации становились пациенты.

Мною, как главным врачом онкодиспансера, было написано несколько писем лично губернатору Островскому, около 40 писем начальнику департамента по здравоохранению Степченкову и 27 писем в территориальное отделение ФОМС!

В этих письмах я подробно и аргументировано, с экономическими обоснованиями разъяснял причины сложившейся задолженности перед диспансером, и просил оплатить долги. К сожалению и удивлению, на все эти письма был получен только один (!) ответ в 2016 году из департамента, в котором говорилось, что "оснований для увеличения размера субсидий на финансовое обеспечение государственного задания нет". То есть чиновники областной администрации фактически отказали смоленским онкологическим больным в нормальном лечении, которое соответствует государственным стандартам.

Затем вместо того, чтобы найти решение по погашению своей задолженности областной департамент по здравоохранению стал проводить в диспансере внеплановые проверки, которые продолжались три месяца.

Первая внеплановая проверка контрольно-ревизионного управления департамента Смоленской области по здравоохранению не была согласована с прокуратурой, то есть проводилась с нарушением законодательства. Тем не менее, эта проверка не только подтвердила цифры кредиторской задолженности перед диспансером, но и вскрыла причины ее возникновения со стороны ФОМСа. Результаты проверки фактически показали мою правоту и невиновность, как руководителя диспансера.

Однако департамент по здравоохранению всю ответственность за свои же многолетние долги возложил на главного врача онкологического диспансера, то есть на меня. Таким образом, руководство департамента просто хочет снять с себя всю ответственность за свой непрофессионализм и укрывательство сведений о финансовом состоянии учреждений, а из меня сделать, извините, козла отпущения.

При этом чиновники предлагали диспансеру "уменьшить свои аппетиты", то есть нарушить стандарт оказания медицинской помощи, и тратить меньше средств на лечение смолян, заболевших раком. Руководство департамента фактически предложило нам погасить их же долги за счет онкопациентов! Цинизм и абсурд!

В отчете второй плановой проверки КРУ не упоминались причины образования кредиторской задолженности, а все факторы задолженности явились открытием для ревизоров. Я расцениваю это как непрофессионализм, либо – заказной характер. В акте проверки содержались уже прямые обвинения в мой адрес: мол, действия главного врача "не обеспечивают финансовую стабильность учреждения". Хотя любому специалисту понятно, что финансовую стабильность диспансера нарушила кредиторская задолженность, искусственно созданная департаментом и ФОМСом.

Департамент по здравоохранению исходит не из реальной стоимости диагностики и лечения пациентов, а из того, сколько сам выделяет средств. Именно эта  логика департамента и привела к огромной кредиторской задолженности.

Тогда я еще раз письменно обратился к губернатору Островскому, даже попробовал записаться на прием к его заместителю Кротовой, но мне было отказано. Поэтому я написал письмо в прокуратуру Смоленской области. В обращении я снова рассказал о нарушениях в финансировании диспансера, а также о нарушениях законодательства со стороны департамента и ФОМСа. Однако прокуратура отправила мое письмо в департамент, то есть в ту организацию, где и зарождалась проблема, где нарушались законодательные акты по охране здоровья граждан в РФ в рамках №323 МЗ РФ. Круг замкнулся.

Затем департаментом было решено подвести мои действия по лечению пациентов на базе отделения "Хоспис" под статью 196 УК РФ. Иными словами, я должен был отказать в лечении 500 больным в условиях отделения «Хоспис», выстроить из них многомесячную очередь для получения лечения по другому адресу. Чиновники не понимают, что ожидание в такой очереди ухудшит состояние больных, и многие, к сожалению, не дождутся помощи. Особо хочу подчеркнуть, что по результатам проверок никаких фактов хищения и недостач не отмечено! Кстати, недавно прошло заседание регионального отделения Общероссийского народного фронта (ОНФ), где рассматривались проблемы финансирования Смоленского областного онкологического клинического диспансера. По результатам совещания было принято решение о представлении информации губернатору Смоленской области и в областную прокуратуру для расследования произошедшей кредиторской задолженности, дабы не допустить нарушения законодательства в сфере оказания помощи онкологическим больным и в дальнейшем.

Есть еще одна проблема. В онкодиспансере здание эндоскопического отделения в феврале было признано непригодным для нахождения людей и аппаратуры. Однако, несмотря на мои письменные и устные обращения к руководству департамента по здравоохранению, новое здание или помещения диспансеру так и не предоставлены. В результате дорогущее оборудование простаивало более полугода и люди не могли получать нужную помощь.

Чиновники нам предложили помещения в Пригорском, но мы были вынуждены отказаться, так как это очень далеко и неудобно для пациентов, которые должны будут ездить туда и к нам несколько раз. Это будет просто издевательство над больными людьми. Ведь специалисты понимают, что отделения, тесно связанные с хирургическими патологиями, должны располагаться в пределах одного базового лечебного учреждения.

Должен сказать, что в других российских регионах совершенно по иному относятся к финансированию лечения онкологических заболеваний. Например, в Новгородской области с населением в 629 тыс. человек (т.е. значительно меньше, чем на Смоленщине) из средств ОМС на онкологию было выделено в 2016 году 349 млн. рублей, в Брянской области с населением в 1,23 млн. человек на онкологию из средств ФОМСа было выделено в 2015 году 620, 288 млн. рублей, а в Смоленской области с населением 958,6 тысяч человек из средств ОМС на онкологию за 9 месяцев 2016 года было выделено всего 244 305 тыс. рублей.

Почему онкологическая служба на Смоленщине финансируется многократно хуже, чем в других российских областях? Думаю, что этим вопросом должны заняться правоохранительные органы. Ведь складывается впечатление, что администрация Смоленской области и местный ФОМС не хотят лечить онкологических больных, а хотят на них экономить, и таким образом латать дыры на других участках здравоохранения. Государственно-частное партнерство следует развивать, но не за счет лечения социально-значимой группы больных.

Сейчас департаментом предпринимаются активные по нивелированию своих же ошибок, запоздалые, сомнительные действия по реорганизации онкологического диспансера. Главное, чтобы не пострадали пациенты.

Прав главный онколог РФ, директор Российского Онкологического Научного центра, академик М.И.Давыдов, говоря о том, что регионы борются за деньги, а не за пациентов. Подготовил Дмитрий ТИХОНОВ От редакции. Кроме странного увольнения главврача онкодиспансера нас насторожил еще один момент. В сентябре мы опубликовали мнение директора медицинского центра "Андромед" Александра Деревицкого о том, что в распределении средств ФОМСа может присутствовать коррупционная составляющая.

"Под предлогом того, что мы израсходовали выделенные объемы, страховщики перестали оплачивать нашу работу за оказанные смолянам медицинские услуги. При этом финансовую ответственность за недостатки планирования, программы ОМС или прогнозирования заболеваемости населения переложили на медицинские учреждения", – утверждал тогда в публикации врач и директор Деревицкий.

Теперь уже другой медицинский специалист утверждает то же самое: из-за смоленского ФОМСа страдает финансирование важного онкологического лечебного учреждения. Может быть, настала пора правоохранительным органам серьезно проверить деятельность этих смоленских страховщиков? Ведь дыма без огня не бывает…