А зачем дома сидеть? Смоляне, айда в гости к Никулину!

Мы снова отправились в новую экспедицию по городам и весям с пропагандистом русской истории культуры, просветителем молодежи доктором медицинских наук, профессором СГМУ Алексеем Васильевичем Борсуковым!

В этот раз наш маленький десант высадился в Демидове и взял курс на дом - музей Юрия Никулина, созданный и открытый благодаря почину Натальи Желноровой известной российской журналистки, работавшей в «Аргументах и Фактах». Наталья Николаевна прославилась своими хлесткими репортажами и яркими интервью, встречалась с президентами, повлиявшими на историю России, с великими писателями, политиками, экономистами и художниками. Александр Солженицына, Галина Вишневская, Владимир Войнович, Роман Виктюк, Илья Глазунов

Черномырдин, Чубайс, Сорос

Евгений Евтушенко.

Это о ней, Желноровой, обмолвился как-то в разговоре с Андреем Карауловым бывший главный редактор «Известий» Алексей Аджубей: «Я даже робею, когда читаю ее интервью».

Именно она взяла в 1989 году интервью с премьер министром СССР Николаем Рыжковым. Когда номер вышел с этим материалом а ему было отдано три полосы статью перепечатали сотни мировых изданий. Выдержки из интервью звучали радиоканалах

Кстати, супруг Натальи Николаевны Владимир Саваков в свое время был помощником Николая Рыжкова. А сегодня он пишет религиозно - философскую лирику. Стихи, вернее, беседы с Богом, приходят к нему по ночам. Так появилась на свет книга Владимира Лукьяновича «Ночной диктант».

«Окончила школу в Демидове, уехала в Москву и поступила в МГУ на факультет журналистики. Трудно было Потом работать начала трудно. У меня все трудно! Слово «трудно» меня по жизни сопровождает», - говорит о себе Наталья Николаевна.

«Раз папа принадлежит миру, пусть мир музеем и занимается»

- Мы с Никулиным, получается, соседи. Дом по соседству наш, родительский. Как то раз в феврале 2003 года звонит мама, рассказывает: «Приходит ко мне соседка, плачет дом большой, холодно, и она совсем не знает, что ей с этим домом делать. Полтора года продает, а никто не покупает». «Какая соседка?» - «Из 39-го дома». «Мама, вы с ума сошли! Там же уже мемориальная доска за кустами сирени, хоть и малозаметная для прохожих, висела: «Дом, где жил Юрий Никулин». Ее изготовили и установили благодаря усилиям местного жителя, журналиста Геннадия Дубино. Никулин наш, демидовский! Из дома нужно музей делать! Попытайся задержать продажу, дом не такой старый, чтобы из него ничего не вышло».

Мама в ответ: «А мы-то что?..».

Действительно, что две старушки могут сделать? Но задерживать продажу особо-то и не пришлось: дом был такой старый, что никто им особо не интересовался. Покупать себе дороже. Проще купить крепкую постройку. Но, с другой стороны Как знать? Дом находится недалеко от центра и речки, на тихой улочке.

Мама утешила соседку: «Дочка сказала мне, здесь дом-музей Никулина будет». А та и рада, кинулась искать на замену теплый домишко.

Я нашла номер телефона Цирка на Цветном бульваре, звоню сыну Юрия Владимировича, Максиму. Он знал об этом доме и даже приезжал сюда вместе со своей мамой. Даже фотография такая есть. Говорю ему: «Скорей покупайте у Валентины дом! Продадут его, и тогда уже ничего о Никулине напоминать не будет. Разведут свиней, гусей, утки-куры

А как же место памяти? Что с ним станется?»

Максим спокойно, я бы даже сказала, равнодушно отнесся к моим словам: «Да пусть продает». Я опешила: «А музей?» - «А я не стану музей в Демидове делать, родовой дом выкупать, зачем?»

Как так «не буду»? Других детей у Юрия Владимировича нет. В Демидове встретились два семейных клана, именно здесь и была создана семья Никулина. Великий артист родился в Демидове, а не в Москве, между прочим! Если дом будет продан, о доме-музее придется забыть.

Максим упорствует: «Нет, не буду. Мне это неинтересно». Сын может так ответить, не удивляйтесь.

«Максим, поймите Юрий Никулин принадлежит всем нам, и демидовцам тоже. Это же национальное достояние, гордость смоленской земли!»

Вот и вышло: раз папа принадлежит миру, пусть мир музеем и занимается.

За живое задело!

- Когда Максим дал ответ, что ему дом неинтересен, меня все это, конечно, задело за живое. Обратилась в Министерство культуры, попросила оказать содействие в создании дома-музея великого артиста на его родине. Мне сказали: «У него есть сын, вот пусть и занимается». Так было!

Представляете, в Смоленском областном департаменте по культуре даже не знали, что Юрий Никулин наш земляк, родился в Демидове. Выразили благодарность: «Спасибо вам большое за информацию. Но помочь ничем не можем, нет денег, еле-еле хватает денег на коммунальные платежи существующих музеев».

Да, он мало жил в Демидове, но все же! Здесь он маленькими ножками топал по дорожкам, купался в речке, загорал на горячих от солнца камнях, зимой грелся на печке, когда замерзший до соплей возвращался с мороза в дом

А семья его, по приезду в Поречье превратившая купленный ими дом на Каспле в настоящий салон творческой элиты города? Музыканты исполняли произведения, поэты читали стихи, артисты ставили миниатюры

Неужели этот музей никому не нужен, ведь хорошая же идея?

Пошла с протянутой рукой по благотворительным фондам, принялась искать мецената, который возьмется за стройку. В успехе начинания не сомневалась: это же Никулин, его даже в Антарктиде знают! Но как только состоятельные люди узнавали, что родовое гнездо великого артиста находится не в Москве и даже не в Смоленске, а в каком-то неизвестном провинциальном городке Демидове, сразу отказывались. Невыгодно. Город бедный, и никто не хотел вкладывать средства, не имея многообещающих перспектив.

Прошла большой круг (я же не имела права брать на себя такую ответственность) и, ничего не добившись пожалела себя. Я не хотела разочаровываться в людях, но получилось так, что вся страна отказалась в Демидове открыть дом музей артиста.

Юрий Никулин, он же свой в доску, никогда не врал, детей по континентам не сеял, ничего себе не присваивал Было обидно и горько за него. Ведь он стольким людям помог своими связями, деньгами, добрым словом. У него тетрадка была, в которую он записывал всех, кто к нему обращался в устройстве на лечение, получении жилья, работы, пособия, освобождении невинно осужденного. Ходил по чиновникам, выбивая помощь. Делал это по-своему гениально. Придет, бывало, в кабинет к большому человеку. А тому ой как лестно: сам Юрий Владимирович к нему пожаловал! Никулин травит анекдоты, рассказывает о казусах на съемках под коньячок, который ему начальник подливает. А потом суть вопроса выкладывает хорошему человеку нужно получить комнату хотя бы в коммуналке. Чиновник машет рукой: какие пустяки! Добро, сделаем. Уж больно ему хочется никулинские байки послушать.

На следующий день звонок. Юрий Владимирович осведомляется у чинуши, сдвинулось ли с мертвой точки дело, которое якобы «выеденного яйца не стоит». Государственный человек мнется: «Давайте я завтра вам перезвоню!» Но Никулин настойчив: «Уж лучше я вам». Пока не добьется своего, не отстанет.

После смерти Юрия Владимировича его супруга передала заветную тетрадку Никулина мэру Москвы Лужкову, и тот выполнил все просьбы людей, которые обращались к артисту за помощью.

А как он любил своих земляков! Уроженцы Демидова всегда пропускались на цирковые представления без билета, достаточно было показать администратору паспорт. Если не было мест, Никулин мог и в президентскую ложу земляка усадить зачем она пустует?

Помогал демидовцам, как мог. Однажды на встрече с премьер-министром Рыжковым узнал от меня (я зашла поздравить Николая Николаевича с днем рождения), что старушке Валентине, проживающей в его доме, так и не хватило шифера, чтоб крышу залатать. Когда-то она написала ему письмо по адресу: «Москва, цирк, Никулину» (и ведь дошло письмецо!) с жалобой, что «крыша вашего дома текет». Юрий Владимирович отправил ей пять тысяч (!) рублей. Огромная сумма по тем временам!

Помнил он свое родовое гнездо, где «вылупился» на свет, провел свои первые и счастливые годы.

А с ним так некрасиво обошлись.

«Строили долго, за свои средства»

- Чтобы сердце не горела, решила музей своими силами организовать.

«Год дом стоял нежилым, - пишет Наталья Желнорова в своей автобиографической книге «Горела времени свеча». -. На очередной фестиваль циркового искусства приехал Максим Юрьевич. К этому моменту обшивку дома сняли и там обнаружили трухлявые бревна. Присутствующие строители сказали, что дом невозможно реставрировать гнилье с добрым бревном не друзья. Максим Юрьевич, глядя на столь печальную картину, взял сигарету и вышел из дома.

«Он может сделать только одно дать вам экспонаты, если вы что-то здесь создадите. Участвовать в новой постройке он не будет», - объяснили Наталье Николаевне его коллеги».

Строили долго, за свои средства. Мамочка, когда я порой отсутствовала, своими пенсионными с рабочими рассчитывалась

Никто нам ни копейки не дал. Ни семья, ни цирк. Ни - кто!

Приехал как-то раз в Демидов тогдашний губернатор Сергей Антуфьев, похвалил, увидев, что сделано очень много. Пообещал помочь на камеру телевизионщиков, но ни одного рубля так и не перечислил.

Бог ему судья, зато ни от кого не зависим.

Самое интересное, что Наталья Николаевна столкнулась и с другими непредвиденными трудностями. Она-то думала, что на стройку потянутся люди. И даже не за рублем, а энтузиазма ради. Никулин это же наше все! Куда там. Местные жители ссылались на домашние хлопоты в огороде, а то и попросту пожимали плечами: «А зачем нам эта морока?»

Желнорова пыталась привлечь работниками не только денежным вознаграждением, но и вкусным обедом. Но и этого оказалось мало. Работнички редко приходили в назначенное время, просили денег на сигареты, подолгу отлучались, а возвращались уже тепленькими и с бутылкой «лимонада», в который подливали спирт. Какие из них плотники? Приходилось стоять рядом и самой контролировать рабочий процесс, иначе никакого толку не было.

«Был один показательный случай. К Наташиной маме приходил на подработку мужчина лет сорока. Мать ему поручала то сгрести мусор, то обрубить ветви, то вскопать грядку В обед давала пару бутербродов и чашку чая. К вечеру он получал от нее сто рублей. Так он ходил-ходил, пока Наталья не положила на него глаз. Про себя она решила, что будет платить ему 500 рублей в день Потом предложила позвать сюда его жену, которая лихо выпивала дома

К вечеру они просили кое-какие деньги, им немного выдавалось. Расчет должен был быть в субботу.

В субботу Наташа дала им пять тысяч рублей. Сказала, что ждет в понедельник».

Больше Наталья Николаевна их никогда не видела. Зачем богатому работать, когда деньги на выпивку есть?

Но она свято верила в Божью помощь.

Память не продается, она сберегается

- Сколько трудов было положено Боже мой! Сколько сил ушло! Это сейчас у нас двор прекрасный, а раньше-то все иначе было. Столько мусора своими руками с придомовой территории из земли выкопали, страшно вспомнить. Не принято было у людей мусор вывозить, вот и превратили огород в свалку в надежде, что со временем все эти тряпки и деревяшки истлеют

Размеры дома сохранили прежние, высота та же. Только печку убрали, поставили газовое отопление.

Вот комната родителей и спальня мальчика, отделенная от родительских пенат дощатой перегородкой и занавеской, как обычно бывает в деревенских домах. Кровать такая же, на которой маленький Юра спал. На десять процентов уверена, что она та самая. Его. В деревнях все кровати одного образца были, с панцирной сеткой. Эта кровать у нас в сарае стояла.

Фотографии на стенах Юрины родители, молодые и уже в возрасте, и он сам. Совсем малыш и озорной подросток и, который в школе страдал: «Всегда у меня голова болит, не хочу уроки делать».

Юрина жена, Татьяна Николаевна. Дети, внуки

Редких фото, правда, немного. И на то есть причина

«Весной юбилейного года (исполнялось 90 лет со дня рождения Юрия Никулина) дом был в целом готов. Можно было «населять»его экспонатами. Наташа позвонила вдове Юрия Владимировича и попросила у нее любые экспонаты, сообщив, что общестроительные работы приблизились к концу. Татьяна Николаевна ответила, что даром она ничего отдавать не собирается только за деньги. Что хотите, то и покупайте!

«Деньги за несколько простейших вещей за старые башмаки, брюки, рубашку, кружку, расческу, блокнот, книжку, авторучку из кучи скарба, которые имеются у каждого человека. А сколько таких домашних обыкновенных вещей у человека известного? В десять раз больше! А куда они теперь денутся, когда человек умер? Кому они уже нужны? Неужели жалко для музея, который во имя вашего родителя создали по сути дела чужие люди?»

Все эти мысли мгновенно пронеслись в голове Натальи. Стараясь понять психологию вдовы, надеясь на ее здравомыслие, Наташа спросила:

- Ну а фотографии? Они же нам так нужны!

- Пожалуйста, их у меня полным полно. За фотографию 2-3 тысячи рублей.

- Но нам нужна сотня этих снимков!

- Так и умножьте эту сумму на сто.

Наташа поблагодарила щедрую женщину и попрощалась с ней.

Она понимала, что вдове уже много лет, и она не знает, что на музеях сейчас ничего не зарабатывают, если только это не Лувр, Д, Орси или Дрезденская галерея»».

Память не продается, она сберегается.

Территория любви и добра

- Несмотря ни на что, мы сделали честный музей, благотворительность в чистом виде! На самой верхотуре, под чердаком, обустроили маленькие спаленки. Думали: приедет никулинская родня в Демидов, сможет отдохнуть комфортно. Им же нужно будет где-нибудь переночевать? Приехали, и остановиться негде. Нечестно!

Спаленки именные, для Юры, Татьяны, Максима Где хочешь, там и отдыхай! Да и на территории, прилегающей к дому, можно в бунгало выспаться, в гамаке. Но никто из них так и не приехал. Ни единого разу. Максим бывал в Демидове, но по лестнице, ведущей вверх, к спаленкам, так и не поднялся. Признался, что боится лестниц. Ничего себе, директор цирка!

А спаленки чудесные получились. Настоящее «Ласточкино гнездо»! Нарядные, уютные. Сирень рвется в окно Ласково здесь, тепло и душевно. Все, что нужно, под рукой: бельевая комната, санузлы

Есть и семейный номер. В это трудно поверить, но переночевавшие в нем пары, потерявшие надежду стать родителями, зачинают детей именно здесь!

Туристы приезжают, но очень, кстати, нерегулярно. Иногда за день бывает несколько групп, порой и в промежутках между экскурсиями встраиваются желающие. Говорю им: «Вы же видите, что люди за столом сидят, взяли бы, да и присоединились к ним». «Нет, мы постеснялись». А я им в ответ: «А вы не постеснялись, что мне во второй раз все это придется рассказывать?»

Забавно: только музей построили, сразу начали спрашивать: «А вы городу его передадите?» Сейчас, отдадим! Никакой поддержки не оказали, ссылались на то, что им это неинтересно, а мы отдавать должны? Земля слухом полнится: в газетах и на телевидении все чаще возникала тема музея на родине актера, и стало звучать: «Демидов родина Юрия Никулина», хотя многие были уверены, что он родился в Москве. Эти сообщения и привели к созданию в городе памятника великому актеру.

Приходилось слышать: «Если у вас нет оригинальных вещей Юрия Владимировича, то вы не можете быть настоящим музеем». Ну и ладно! От этого же не меняется суть, что это дом Юрия Никулина, во всяком случае, он стоит на том же месте. Но душа актера тут чувствуется. Я уверена, что это место будет любимо многими, и не только земляками. Мы же хотим сделать Смоленщину зоной большого туризма? Вот мы и внесли свой вклад.

Земля русская так богата на таланты, но мы их не ценим, забываем даже при жизни, а не то что после смерти. С глаз долой из сердца вон. Мне даже неловко об этом говорить настолько это очевидно.

Век актера не такой уж большой, и если его песни, фильмы, картины подрастающее поколение не видит, не слышит, он становится им чужим. Дети подрастут, и его имя им ничего не будет говорить. Не зря же люди считают, что «пока нас помнят, мы живы». И еще. В «оплату» за его произведения можно получить рубли, а можно энергию добра, территорию любви, живой памятник творчеству актера.

Спасение пятиглавого

В 1852 году в старинном городе Поречье (ныне Демидов) Смоленской губернии случилось знаменательное событие. Поречский купец Иосиф Вишкарев, представитель славной фамилии городских благодетелей, во второй части города заложил новый храм в честь Успения Пресвятой Богородицы. Пятиглавому собору с голубыми куполами и серебряными звездами на них была суждена трудная судьба

В 1927 году второй по величине (после Успенского собора в Смоленске) храм закрыли, преобразовав в склад. Архитектурная жемчужина Демидова, подвергшаяся забвению, гибла. И сгинула бы вконец, если б не иеромонах отец Сергий (Зятьков), которого назначили в 1988 году настоятелем Покровского храма в Демидове. Отец Сергий не остался равнодушным к судьбе святыни. Внутри собор очистили от мусора, покрыли медью центральный купол и главки двух звонниц, на храме установили три креста, покрытых сусальным золотом. Но с переводом отца Сергия в Рославль работы на Успенском соборе прекратились.

В 2002 году в Демидов прибыл митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл. Во время крестного хода владыка обратился к главе Демидовского района Моргунову с предложением продолжить работу по восстановлению Успенского храма и преподал свое пастырское благословение.

Так в 2003 году началась новая страница в жизни храма. Был создан штаб, почетным председателем которого избрали журналистку Наталью Николаевну Желнорову. В состав штаба вошли представители власти, священнослужители, активные общественники.

- Храм в честь Успения Пресвятой Богородицы огромный, в высоту 54 метра будет, - говорит Наталья Николаевна. - Площадь пола 700 кв. метров, стен снаружи и внутри с колокольнями больше 5 тыс. метров

Внешний облик храм сохранил, но по факту пребывал в чудовищном аварийном состоянии и нуждался в масштабной реконструкции и реставрационных работах.

Откуда взять средства? Тем более, вышло так, что реставрация храма велась параллельно со строительством дома - музея Никулина. Я же журналист, а не супруга Лужкова Батурина!

Если митрополит Кирилл благословил, надо же что-то делать? А кто возьмется?

Знаете, почему прихожане выбрали меня председателем штаба? Я не была равнодушной ни к храму, ни к городу. Вот и взялась с Божьей помощью за обе стройки. А ведь и подумать тогда не могла, что еще при жизни мы с мужем будем ходить на службы в этот храм, заброшенный еще со времен войны, и молиться

Зов о помощи Успенскому собору Наталья Николаевна Желнорова поместила на страницах своей газеты «Время жить вместе». Впечатляющая воображение фотография собора, текст обращения не остались без внимания читателей, пожертвования на собор пришли даже из Италии.

Жители города, района, земляки, проживающие в Москве, Риге, других городах жертвовали средства на восстановление поруганной святыни. Существенную помощь оказала Смоленско-Калининградская епархия, перечислив сто тысяч рублей.

Для храма художник Сергей Киприч написал икону «Всецарица», которую поместили в алтарную часть храма. В дар храму верующие люди, кстати, живущие не в Демидове, тоже подарили две иконы. Одна из них Успение Пресвятой Богородицы, вторая - образ Николая Угодника.

Когда начали работу на храме, все были удивлены, увидев, что над южными вратами стала проступать старинная фресковая роспись храма. С каждым годом она проступает все ярче и ярче. Этим фрескам просто нет цены, они как бесценный дар от жертвователей, живущих в XIX веке

Чудо о шести пачках «красненьких»

К августу 2010 года удалось собрать 2,3 млн. рублей.

Всего. Тут-то и произошел случай, который иначе, как Божьим промыслом, не назовешь.

«Члену штаба Зинаиде Яскиной позвонила женщина и сказала, что хочет пожертвовать на храм деньги, и ей надо положить их в ящичек в соседней Покровской церкви. Зинаида попросила местного батюшку подойти к церкви и открыть ее был будний день. Батюшка нехотя согласился

Но пришел.

Пришла и Зинаида.

Приехала на велосипеде и звонившая женщина. Она подошла к ящику, там прорезь для денег. Она попросила открыть замок ящика. Открыли - благо ключи были у обоих, а женщина уже достала из простого пластикового пакета пачку красных банкнот. И бережно опустила в ящик. Священник и чиновница они сами рассказывали озадачились. Красненьких в городе было мало, а в ящики их никто ни разу не опускал. А тут целая пачка! Сколько же в ней?

Тем временем незнакомка достала еще одну пачку и так же аккуратненько опустила в сиротливый ящик. Двое очевидцев стояли в полном оцепенении. Она это видит и продолжает вынимать следующую пачку из пакета и опускать ее по знакомому маршруту. Свидетели в полной прострации и не понимают, что за фантастический фильм видят и как реагировать на происходящее. А женщина еще раз достает словно из сейфа такую же упаковку. Словно это не баснословные для храма деньги, а так, муляжи. Все происходит в полной тишине и полумраке, так как батюшка в целях экономии даже не включил в церкви верхний свет.

Женщина продолжает свое невероятное дело. Священник и Зинаида следят за ее руками и не верят своим глазам сколько же пачек переместилось в их ящик? Кажется, шесть. Шесть пачек красненьких банкнот! Или это им только мерещится? Сколько же там денег? Или это какой-то невероятный розыгрыш?..

После манипуляций с пачками женщина аккуратно сложила свой волшебный пакет, сказала, что деньги предназначены исключительно для Успенского собора. Очевидцы окаменевшие молчали. Ни слова благодарности, ни здрасьте вам, ни до свидания, ни за кого молиться, и как ваше имя? Ни че го!!!

Женщина вышла на солнечный свет из церкви, села на велосипед и укатила в неизвестном направлении.

Наконец-то они очухались! Батюшка дрожащими руками достал из ящика пачку, чтобы посмотреть, не «кукла» ли это. Осторожно отогнул края пачки и увидел, что там лежат красненькие. Тогда они начали считать, сколько же это денег. Выходило, что три миллиона!

Таких денег здесь еще никогда не видели».

- Вот стоит огромный храм, заброшенный со времен войны, который в течение семи лет восстанавливали три женщины штукатура, находясь уже в пенсионном возрастеТри штукатура и два подсобника храм стоит в своем чудесном исцелении!

36 великолепных икон в рост человека для храма написал иконописец, живущий с сыном инвалидом. Писал с молитвой, с постом и благословением. А другой пожилой человек, считай, в одиночку справился с огромной работой по газоснабжению и отоплению здания: проекты, согласования, подбор бригады, контроль монтажа! Он и деньги выбивал на проведение работ. В храме никогда не было тепла, а сейчас есть! Потому что есть такие люди. Соль земли русской.

Не думала, что подобное возможно. Что осилим

Конечно, был еще один волшебный секрет: здесь никто ничего не крал!

Однажды Наталья Николаевна показала опытным специалистам старые фото храма, его чертежи и попросила прикинуть смету. Строители сошлись на 200 миллионах рублей. Тогда Желнорова показала им уже отремонтированный храм и сообщила затраченную сумму - 7,5 млн. рублей. Строители были шокированы. Они и в 70 миллионов поверили бы с трудом.

- Не все решается деньгами. Есть еще более важное и надежное - Вера, Сила Духа и мощная энергия тех, кому все это не безразлично, - убеждена Наталья Желнорова. Ни один труд не пропадает даром!

Фото автора.

P.S.

Благодарю Наталью Николаевну Желнорову за возможность познакомиться с ее автобиографической книгой «Горела времени свеча» фрагменты которой были использованы при подготовке статьи.