Научное открытие профессора Алексея Васильевича Борсукова из Смоленска

За всю историю Смоленской государственной медицинской академии сделано два научных открытия. Первое – десять лет назад – профессором Николаем Фёдоровичем Фаращуком по новым свойствам обычной воды. Второе – в этом году – профессором, доктором медицинских наук Алексеем Васильевичем БОРСУКОВЫМ. Не каждый столичный медицинский вуз может похвастаться двумя открытиями за свою историю. Смоляне смогли!

Диплом на открытие получен от международной академии авторов научных открытий и изобретений на основании результатов научной экспертизы и подтверждает установление научного открытия «Закономерность развития остаточных очагов поражения в паренхиматозных внутренних органах человека после малоинвазивного воздействия». Автор идеи – Борсуков, а соисполнители открытия, его соавторы, – Зинаида Ароновна Лемешко, Андриан Валерьевич Мамошин, Татьяна Геннадьевна Морозова.

– Открытие явилось плодом работы последних 25 лет, – рассказывает Алексей Васильевич. – Всё началось осенью 1988 года, когда в отделении ультразвуковой и магнитно-резонансной терапии Всесоюзного онкологического центра РАМН в Москве заведующий отделением профессор Семён Аркадьевич Бальтер определил вектор моей научно-исследовательской работы в виде возможностей ультразвуковой диагностики в онкологии. Именно здесь заложено первое фундаментальное звено в открытии: любое очаговое поражение, выявленное методом ультразвуковой томографии, должно быть морфологически верифицировано. Без гистологической верификации патологии говорить о медицине, основанной на доказательствах, невозможно.

– 25 лет вы шли к этому открытию. Это потому, что нужны были многочисленные исследования или что-то мешало признанию открытия?

– Открытие применяется с 2001 года, после защиты моей докторской диссертации. Но нужны были дополнительные исследования, иначе это было бы недоношенное открытие, как недоношенное дитя. Оно должно отстояться, всё шло, как и должно было идти.

– А вот расскажите, чтобы читателям проще было понять суть научного открытия.

– Открыта новая болезнь, о которой никто не писал, – остаточные очаги после малоинвазивных вмешательств. Что это даёт? Возможность диагностировать и лечить своевременно, на ранних стадиях патологию внутренних органов, которую раньше не могли диагностировать. А также позволяет прогнозировать результат предстоящего лечения. Мы вылечим пациента или можем ему навредить? Принципиально в открытии – его прогностическая и профилактическая направленность.

Вызовы XXI века

Борсуков кандидатом медицинских наук стал в 29 лет, в 36 – доктором медицинских наук, в 40 – профессором СГМА. В настоящее время заведует проблемной научно-исследовательской лабораторией «Диагностические исследования и малоинвазивные технологии» СГМА, профессор кафедры факультетской терапии, заведующий городским отделением диагностических и малоинвазивных технологий на базе клинической больницы № 1 Смоленска. Четырнадцать его учеников защитили кандидатские диссертации, и ещё девять пишут кандидатские и докторские. Человек многого сумел добиться к своим 48 годам! И дело не в везении – характер у него такой, что, если пошёл по своему пути, его не сдвинешь. Может, не всем по нраву его характер, зато больным хорошо – профессионал высокого класса. Когда я спросила у него, какая же всё-таки на сегодняшний день у него врачебная специальность, он ответил:

– Специалист интервенционной лучевой диагностики – среднее между терапевтом, хирургом и онкологом. Это вызовы XXI века, новые подходы; мир меняется стремительно, и надо ему соответствовать.

В 2003 году открылась научно-исследовательская лаборатория «Диагностические исследования и малоинвазивные технологии».

– Трудно пробивалось всё это, – рассказывает Алексей Васильевич, – но мне везло на хороших людей, на педагогов и в школе, и в институте. И здесь помог профессор Николай Фёдорович Фаращук. Он в то время был проректором по науке в СГМА. Я смог его убедить в необходимости развития малоинвазивных направлений в медицине: диагностика, операции без травматического повреждения органов. Он меня поддержал, лабораторию открыли.

Борсукова можно считать основоположником малоинвазивного направления в медицине на Смоленщине.

Чему учила мать

Родился он в г. Мглине Брянской области. Отец Василий Стефанович был крестьянином, мать Варвара Ивановна – донская казачка. Думаю, характером он в неё. В деревне Дехтярёвка Брянской области молодая красивая казачка встретила свою судьбу. Семья переехала в Мглин – в городе легче, считали, прокормиться. Алексей был третьим сыном в семье, младшим. Мать мечтала стать врачом, но не было у её родителей средств, чтобы выучить дочку. Окончила электромеханический техникум и по распределению попала в Брянскую область. Но не Мглин считает Алексей Васильевич своей родиной, а село Воронок Брянской области, там он прожил большую часть жизни до поступления в Смоленский медицинский институт. Жили они даже не в самом селе, а на хуторе. Говорит, что мать воспитывала по-особому. Вот рисует он красный лист, спрашивает, хорошо ли? А мать не скажет, что лист должен быть зелёненьким, одобрит, похвалит. Небо у него было зелёным, и мать тоже говорила: «Молодец, сынок!»

– Я видел мир по-своему, и она одобряла всегда во мне мою особенность, а это ведь очень важно, – считает Борсуков. – Не переучивали меня видеть чужими глазами. Благодарен я за это матери безмерно. И ещё учила она меня доброте с большой буквы. Да, доброта – это и сочувствие, открытость к людям, помощь им, но это и активное участие в жизни. Я за то, чтобы голодному дать удочку, а не рыбу. Помогать надо детям – вот это я и делаю – онкобольным, сиротам в интернатах. А люди трудоспособного возраста должны суметь заработать себе на кусок хлеба.

Понял: могу вернуть человека к жизни

Он окончил школу на круглые пятёрки. Куда поступать, не знал. Мать попросила: «Лёша, исполни ты мою мечту – стань врачом!» Впервые он ехал на поезде – это в Смоленск, поступать в медицинский. Страшно было отрываться от семьи, жили-то они на хуторе обособленно, мало что знал о городской цивилизации. Мать заменила золочёные пуговицы на школьном костюмчике обычными, чтобы смотрелось посерьёзнее, в нём он и сдавал вступительные экзамены. Из 25 возможных баллов получил 24, только русский сдал на «четвёрку», остальные – на «пять». В одной с ним комнате в общежитии жили парни побогаче, даже из Сочи, унижали его, мол, костюм твой навозом пахнет. Но таких, как Алексей, долго унижать нельзя, пружина разжимается. Взял он один раз стул и с ним на обидчиков… Больше не унижали, подружились, зауважали паренька. По-настоящему он захотел стать врачом на третьем курсе. Попал на практику в эндокринологическое отделение областной больницы. Привезли человека в гипогликемической коме.

– Медсестра сказала: «Делай укол в вену!» Я сделал, человек пришёл в себя, – вспоминает Алексей Васильевич. – Я понял, могу изменить судьбу, вернуть человека к жизни. Вот эта причастность к спасению жизни – главное для меня в профессии. Конечно, врачи не боги. Но я проповедую: делай как должно и пусть будет как будет.

Хлеба чёрного не хватало

В вузе он был ленинским стипендиатом, у него по всем 64 предметам были «пятёрки», закончил институт с красным дипломом. После окончания работал врачом ультразвуковой диагностики в 1-й городской клинической больнице Смоленска. С тех пор он постоянно учился и стал таким врачом, учёным, которым гордится научный мир. Представлял материалы своих работ в виде постерных докладов в Вене, Ганновере, Лейпциге, на Европейской печёночной неделе в Базеле… У него 345 научных работ (218 – в центральной печати), четыре монографии, 31 патент на изобретение и одно открытие. Немало для одного человека в 48 лет. Его жена Марина Викторовна – врач, дочь Лена – тоже врач, вторая дочь, Даша, учится в нашей медакадемии, сын пока в седьмом классе, но хочет стать врачом. А кем могли стать дочери, кем может мечтать стать сын? Конечно, врачами, пример такого папы не может не отразиться на их жизни. Он по контракту работал в Германии, Китае. Мог бы, наверное, остаться там.

– Не мог, – говорит Алексей Васильевич.

– Почему?

– Мне хлеба чёрного не хватало.

– Что, там чёрного хлеба нет?

– А зачем мне их хлеб? Поработать за границей можно, но уехать навсегда я бы не смог. Космополиты могут, я другой, без Родины не могу. Хотелось бы больше порядка в России, но как есть. Надо делать своё дело, у каждого есть свой выбор, как его делать. В здравоохранении проблем немало. Да, зарплаты у медиков несоизмеримы с духовными и нравственными затратами. Но преданность профессии и зарплата – это разные вещи. Если есть преданность медицине, желание помочь людям, то и работают, и не могут работать больше нигде.

Фото: Ольги ЧУЛКОВОЙ

Автор Ольга ЧУЛКОВА